Я с размаху плюхнулась на стул. В этот момент вошла учительница, и все встали. Натка покосилась на меня и спросила, усмехнувшись:

– Ты откуда сбежала?

– Из дома, – буркнула я в ответ.

– Ты себя в зеркало видела?

– Девочки, я вам не мешаю? – Учительница смотрела прямо на нас.

Я опустила голову.

– Продолжим урок...

Натка сунула мне зеркальце. Я отодвинула его.

– Потом, – произнесла я одними губами и уставилась на доску. Я пыталась сосредоточиться на новой теме, но Натке не терпелось. Весь урок она дергала меня разными вопросами: «Ну как тебе?», «Правда, Антон душка?», «Скажи честно, кто тебе больше понравился?».

«Выходит, она не одумалась», – тосковала я. И шипела в ответ:

– Отстань!

Наконец прозвенел спасительный звонок, и у Натки появилась возможность выговориться.

– Ты почему такая надутая? – возмутилась она.

Мы шагали по коридору, в толпе мельтешащей малышни, нас поминутно кто-нибудь толкал, здоровался, извинялся и снова толкал.

– Что ты меня изводишь? – набросилась я на подругу. – Не видишь, я не выспалась, опоздала, выгляжу, как чушка, а тут ты еще!

Натка затормозила у подоконника.

– Это дело поправимое, – она достала из сумки пудреницу, – вот, возьми-ка.

– Да ну тебя, – отмахнулась я, но, подумав, пудреницу взяла и, рассмотрев свое отражение, пришла в ужас. – Кошмар! – прошептала. – Как можно жить с таким лицом!

Натка тряхнула каштановыми кудрями, оперлась локтем о подоконник и с интересом принялась рассматривать свой маникюр. Я наскоро прошлась спонжем по лицу.

– Скажи, здорово у Сережки было, правда? – спросила Натка.

– Нормально...

Я захлопнула пудреницу и отдала ей.

– Так что ты думаешь насчет Антона? – Натка уселась на подоконник и, вытянув вперед ноги, полюбовалась ими. Кто-то из мальчишек восхищенно присвистнул. Натка бросила на свистуна надменный взгляд. Несколько парней из параллельного класса засмеялись и прошли мимо.